Рекордный 95-й. В чем причины роста цен на бензин?

Рекордный 95-й. В чем причины роста цен на бензин?

rekordnyj 95 j v chem prichiny rosta cen na benzin 8130514

Причины рекордного роста стоимости бензина марки АИ‐95 вызывают вопросы как у экспертов, так и у простых людей. На фоне новостей про снижение стоимости нефти цены на АИ-95 для многих оказались неожиданными.

Естественно, многих интересует, в чем причина всплеска. Таким неожиданным подъемом озаботились и в ФАС. Ведомство уже инициировало проверку «рекорда». ФАС допускает, что возможен сговор на рынке. Кроме того, ведомство рекомендовало нефтяным компаниям увеличить предложение бензина на торговой площадке.

rekordnyj 95 j v chem prichiny rosta cen na benzin 72c1dfb

Исторический максимум — так называют сумму, которую давали на Петербургской товарной бирже за 95-й бензин. В этот же период в Минэнерго отметили, что рост оптовых цен на бензин не несет за собой никаких рисков. По сути, его назвали нормальной реакцией на восстановление отраслей экономики. Кроме того, такой рост имеет целый комплекс причин, отмечает пресс-секретарь крупнейшей российской нефтяной компании «Роснефть» Михаил Леонтьев. «Бензина достаточно на самом деле в целом. И потребитель вообще этого не ощутит. С рыночными ценами все совершенно штатно, они в пределах инфляции, если растут. Значит, откуда вот этот якобы рекордный рост на бирже? Ну давайте вспомним: в мае было падение потребления на 70% одномоментное и было затоваривание, а в июне — восстановление полное, потому что потребление в июне равно потреблению июня прошлого года, да. Невозможно прогнозировать ни наступление карантина — это административное решение, — ни выход из карантина, особенно скорость выхода, потому что это все было сделано тоже одномоментно», — подчеркивает он.

Что касается поставок, то тут есть определенная норма: 5%. «Вот мы поставляем на биржу 17%, там, предположим, „ЛУКОЙЛ“, „Сургутнефтегаз“ — где-то в районе 12-13%. Но надо смотреть на объемы. У нас, например, 111 тысяч тонн, да, у „Сургутнефтегаза“ — 15, у „ЛУКОЙЛа“ — 40», — отмечает Михаил Леонтьев. Соответственно, идет речь об убыточности переработки. Также стоит рассматривать и экспорт. Именно он является одним из факторов, которые создали такую ситуацию с ростом цены. «Что можно сказать про „Роснефть“? Экспорт бензина у нас отсутствует, вообще просто. А вот, например, „Сургутнефтегаз“ увеличил экспорт, значит, если взять по сравнению с прошлым годом, в 2 раза, а „ЛУКОЙЛ“ — в 20 раз, например.

Есть еще один аспект серьезный. Это, конечно, дефицит сырья на НПЗ Дальнего Востока. Это вообще вечная проблема, мы говорили об этом много, потому что 50% сырья просто завозится с континента. Плюс налоги, плюс транспорт, акцизы, НДС, плюс еще демпфер. И демпфер сейчас возвращается в бюджет», — говорит Леонтьев. И это, подчеркивает пресс-секретарь крупнейшей нефтяной компании в стране, по сути, ответ на привычный вопрос: «А почему у нас не дешевеет бензин, когда дешевеет нефть?» А потому, что это не дает делать бюджет, который тоже не хочет дешеветь, потому что он забирает всю эту разницу, так устроена наша налоговая система.

В правительстве заявили, что розничные цены на моторные топлива с начала года выросли ниже инфляции, а также заверили, что дефицита на рынке не наблюдается. Для конечного потребителя, действительно, ничего не изменится, уверен вице-президент Независимого топливного союза Дмитрий Гусев. «Базовый постулат, да, то есть с точки зрения населения у нас ровным счетом ничего не происходит. То есть для текущей модели топливного рынка изменение цены на нефть на европейских биржах, на американских биржах, на азиатских биржах, даже на Санкт-Петербургской бирже, ровным счетом никакого значения не имеет. У нас от 2018 года принята четкая позиция о том, что стоимость бензина на стеле может изменяться, грубо говоря, квартально не больше чем на инфляцию плюс изменения входящих в бензин налогов. То есть это НДС, акциз. Соответственно, на потребителе это никаким образом не скажется. То есть цены как шли максимально на уровне инфляции, так и будут идти, ну это, грубо говоря, на 4, 5, максимум 6% в течение года будет подъем», — говорит он.

Вопрос возникает разве что в отношении того, что сейчас не совсем дальновидна политика регуляторов, отмечает эксперт. А также они не особенно прислушиваются к голосам независимых участников и крупных нефтяных компаний, которые говорят о необходимости изменения существующей системы налогообложения в части демпферов, в части переноса акцизов. «С позапрошлого года в России действует механизм компенсации производителям топлива, если они сдерживают оптовые цены. В то же время механизм подразумевает, что если мировые цены падают, то тогда от своей прибыли на внутреннем рынке с бюджетом делятся уже производители.

Биржевые продажи топлива ряда крупнейших компаний существенно сократились в июне: „Лукойл“ снизил поставки на биржу на 37% по сравнению с маем 2020 года (и на 30% год к году), „Сургутнефтегаз“ — на 22% по сравнению с предыдущим месяцем и на столько же год к году. Выпадающие объемы замещает „Роснефть“, крупнейший поставщик топлива на внутренний рынок (на долю компании приходится порядка 40% биржевых объемов): за 18 дней июня поставки увеличились на 4,2 тыс. т (или на 4%)», — говорит Дмитрий Гусев.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *